"Пришел, увидел, победил" (Битва при Зеле 2 августа 47 г. до н.э.)

Лето 47 г. до н.э. было в Риме тревожным. Отовсюду приходили дурные вести. В Испании, Иллирии и Северной Африке вновь разгоралось почти угасшее после Фарсала пламя гражданской войны. В самом городе начались серьезные беспорядки, вызванные агитацией Долабеллы, призывавшего кассировать долги. В Кампании и других местах Италии вспыхивали волнения ветеранов. Марк Антоний, назначенный заместителем диктатора и фактически руководивший государством, плохо справлялся с ситуацией, быстро теряя авторитет.

В дополнение ко всем бедам Рим облетела новость, заставившая вспомнить недавние, не самые лучшие эпизоды собственной истории. Сын Митридата Евпатора Фарнак высадился в Малой Азии, разбил армию римского наместника Домиция Кальвина у Никополя и, утвердившись в Понте, начал восстанавливать отцовскую державу. Казалось, встают мрачные тени прошлого. Митридата Евпатора в Риме не забыли, и теперь, когда появился грозный мститель, наверняка задумались над тем, что Помпея Магна, победителя понтийского царя, уже нет в живых.

Между тем Цезарь, вторично назначенный диктатором и, следовательно, отвечавший за безопасность государства, уже который месяц находился в Египте, откуда доходили противоречивые, но весьма неблагоприятные для фарсальского победителя вести. Война шла вяло, с переменным успехом. Казалось, удача оставила Цезаря. Главное же заключалось в том, что египетская кампания велась за совершенно непонятные рядовому римлянину интересы. Все упорнее были слухи о том, что все дело в личной симпатии стареющего диктатора к молодой египетской царице. Они лишь усилились после того, когда, не без труда утвердив Клеопатру на престоле, Цезарь отправился вместе с нею в двухмесячное путешествие по Нилу.

Итак, Цезарю нужно было возвращаться в Италию. Дела не могли ждать. Но великий знаток политики понимал, что простое возвращение из Египта сразу же вызовет массу недоуменных вопросов и упреков. Лавры победителя изрядно подувяли. Нужен был успех – быстрый, впечатляющий, заставляющий забыть о египетской авантюре. Поэтому Цезарь вполне мог счесть, что Фарнака послала ему судьба. Победить сына грозного Митридата – что могло заставить быстрее забыть о неудачах и просчетах?

Страница 1 из 10 | Следующая страница